Муниципальное бюджетное учреждение

Дорогие наши читатели! Мы предлагаем вам к просмотру видеоролик, посвященный судьбе Аркадия Гайдара.

Блажен, кто праздник

Жизни рано

Оставил, не допив до дна

Бокала полного вина.

Это строки из «Евгения Онегина», оказавшиеся пророческими для Пушкина. Казалось бы, что общего у поэта-дворянина XIX века, жившего по канонам высшего света, общепризнанного классика, главного творца русского культурного кода и Гайдара – человека из другого времени, чья судьба ковалась войной и революцией, в которые ему пришлось попасть непростительно рано – в 14 лет?

Пушкин, Грибоедов, Лермонтов, Есенин, Маяковский, Гайдар. Жизненный путь этих таких разных, но талантливых литераторов оборвался очень рано – по своей или чужой воле никто из них не дожил до 40 лет. Им не суждено было «допить до дна свою жизнь».
Они, словно чувствуя, как мало времени отмерено, так ярко жили, работали, творили и боролись, что навсегда вписали свои имена в русскую культуру.

О себе самом Аркадий Гайдар написал, что у него была «обыкновенная биография в необыкновенное время». И на самом деле, ему, рожденному в 1904 году, выпало жить в очень необычное время – это слом эпох, революции, гражданская война, а затем строительство другой жизни, в новых, часто очень жестких и неумолимых условиях.

После военной отставки Гайдар решил посвятить себя литературному труду, к которому и раньше чувствовал влечение. Солдат революции Голиков становится писателем Гайдаром, известным на весь Советский Союз.

С самого начала Великой Отечественной войны Аркадий Гайдар хотел пойти добровольцем, но ему было отказано по болезни. Но уже в июле 41-го он уехал в Киев фронтовым корреспондентом. Попав в окружение, Гайдар остался воевать в партизанском отряде и погиб осенью при столкновении с немецким патрулем.

Последние его слова – «Ребята, немцы!», автоматная очередь в ответ. Именно эти слова спасли несколько жизней, партизаны смогли уйти. Несколько из этих людей закончили войну в Берлине. А Гайдар навсегда остался 37-летним.

Гайдару досталась жизнь солдата. И смерть у него тоже солдатская. А его книги живут и сейчас, уже в XXI веке, – спустя почти сто лет после того, как увидели свет.